Алтай: тропа Димитрии. Утро на 3556

Михаил Пимонов
Купол Трех Озер: вершина под флагом
Купол Трех Озер: вершина под флагом фото: Михаил Пимонов
Уходим на Купол...
Уходим на Купол... фото: Михаил Пимонов
Зубки! Чистить! Быстро! Когда мы уходили, Димка еще только-только проснулась
Зубки! Чистить! Быстро! Когда мы уходили, Димка еще только-только проснулась фото: Михаил Пимонов
Димка побежала к палаткам с такой скоростью, что сланцы за ней не поспевали. Но босиком по снегу – здесь можно
Димка побежала к палаткам с такой скоростью, что сланцы за ней не поспевали. Но босиком по снегу – здесь можно фото: Михаил Пимонов
Озеро-сердце вытаяло прямо в леднике
Озеро-сердце вытаяло прямо в леднике фото: Михаил Пимонов
Отсюда кажется, что Кристина отстала от нас безнадежно. На самом деле она догонит нас довольно быстро
Отсюда кажется, что Кристина отстала от нас безнадежно. На самом деле она догонит нас довольно быстро фото: Михаил Пимонов
Рога
Рога фото: Михаил Пимонов
Просто дырочка в насте
Просто дырочка в насте фото: Михаил Пимонов
Когда мы поднимались к вершине, бабочки еще не оттаяли. Мы даже не предполагали, что у них есть какие-то шансы
Когда мы поднимались к вершине, бабочки еще не оттаяли. Мы даже не предполагали, что у них есть какие-то шансы фото: Михаил Пимонов
...а вот и Кристина. В платье переоделась, но курточку тоже прихватила на всякий случай
...а вот и Кристина. В платье переоделась, но курточку тоже прихватила на всякий случай фото: Михаил Пимонов
Последние шаги подъема на Купол: мы уже выше облаков
Последние шаги подъема на Купол: мы уже выше облаков фото: Кристина Пионтковская
Вздыбленные камни передо мной – это уже он, Купол, наконец-то!.. Покорили вершину, можно сказать, гуляючи. И что особенно приятно – налегке, без рюкзаков
Вздыбленные камни передо мной – это уже он, Купол, наконец-то!.. Покорили вершину, можно сказать, гуляючи. И что особенно приятно – налегке, без рюкзаков фото: Кристина Пионтковская
На Куполе атрибутов вершины – как нигде: и тебе турик, и флагшток
На Куполе атрибутов вершины – как нигде: и тебе турик, и флагшток фото: Кристина Пионтковская
Причем турик – заметный, основательное сооружение
Причем турик – заметный, основательное сооружение фото: Кристина Пионтковская
В нем, разумеется, была закладка
В нем, разумеется, была закладка фото: Михаил Пимонов
Вершину покорили всего за неделю до нас. Однако у нас не было ни ручки, ни бумаги, поэтому снять записку по всем правилам мы не могли – оставили в турике
Вершину покорили всего за неделю до нас. Однако у нас не было ни ручки, ни бумаги, поэтому снять записку по всем правилам мы не могли – оставили в турике фото: Михаил Пимонов
Мемориал. Табличку установили покорители из Федерации альпинизма Новосибирской области в 2017 году
Мемориал. Табличку установили покорители из Федерации альпинизма Новосибирской области в 2017 году фото: Михаил Пимонов
А сорванный ветром флаг заново укрепил на флагштоке Иоанн
А сорванный ветром флаг заново укрепил на флагштоке Иоанн фото: Михаил Пимонов
Клуб «Посох»: мы просто ходим... Памятный камень
Клуб «Посох»: мы просто ходим... Памятный камень фото: Михаил Пимонов
Макушка Купола
Макушка Купола фото: Михаил Пимонов
Волосы-камни буквально вздыбились
Волосы-камни буквально вздыбились фото: Кристина Пионтковская
Воздушный дозор
Воздушный дозор фото: Кристина Пионтковская
Железноносная глыба
Железноносная глыба фото: Кристина Пионтковская
А вот и железные катыши
А вот и железные катыши фото: Михаил Пимонов
Андрей и Кристина отправились посмотреть, «как отсюда спускаться»
Андрей и Кристина отправились посмотреть, «как отсюда спускаться» фото: Михаил Пимонов
Да вот так – все вниз, вниз... На это у нас уйдет целый день
Да вот так – все вниз, вниз... На это у нас уйдет целый день фото: Михаил Пимонов
Туманная даль... В степи под этими далекими горами мы окажемся уже завтра...
Туманная даль... В степи под этими далекими горами мы окажемся уже завтра... фото: Михаил Пимонов
Увидев два озера, вспомнили, на какой мы вершине
Увидев два озера, вспомнили, на какой мы вершине фото: Михаил Пимонов
Озеро номер раз
Озеро номер раз фото: Михаил Пимонов
Озеро номер два
Озеро номер два фото: Михаил Пимонов
Так, а это – по другую сторону. Тоже два. Ну и какое же из них номер три?
Так, а это – по другую сторону. Тоже два. Ну и какое же из них номер три? фото: Михаил Пимонов
Решили, что это: побольше
Решили, что это: побольше фото: Михаил Пимонов
Ну вот мы и на вершине
Ну вот мы и на вершине фото: Кристина Пионтковская
И – белое сердце в награду
И – белое сердце в награду фото: Михаил Пимонов
А это я назвал Сердцем Ричарда (который Львиное Сердце), потому что оно похоже скорее на рыцарский щит, чем на сердце. И... оставил его там
А это я назвал Сердцем Ричарда (который Львиное Сердце), потому что оно похоже скорее на рыцарский щит, чем на сердце. И... оставил его там фото: Михаил Пимонов
Вчерашний зигзаг. От зеленеющей «глади» вдали – наверх по-над расселиной. Справа налево. Потом – в противоход – по леднику на седло. Слева направо
Вчерашний зигзаг. От зеленеющей «глади» вдали – наверх по-над расселиной. Справа налево. Потом – в противоход – по леднику на седло. Слева направо фото: Михаил Пимонов
Соседка Джело
Соседка Джело фото: Михаил Пимонов
Некоторые горы так плотно укутаны снегом, что на них можно соорудить лыжную трассу
Некоторые горы так плотно укутаны снегом, что на них можно соорудить лыжную трассу фото: Михаил Пимонов
Ледник, «стекающий» рекой
Ледник, «стекающий» рекой фото: Михаил Пимонов
В верхней своей части – мощь и толща
В верхней своей части – мощь и толща фото: Михаил Пимонов
В нижней – тоненький язычок
В нижней – тоненький язычок фото: Михаил Пимонов
Четверо на вершине. Фото на память. Мы и Купол
Четверо на вершине. Фото на память. Мы и Купол
Окрестные горы – это Горы
Окрестные горы – это Горы фото: Кристина Пионтковская
Суровы, высоки, заснежены
Суровы, высоки, заснежены фото: Кристина Пионтковская
Вот и все, пора возвращаться...
Вот и все, пора возвращаться... фото: Кристина Пионтковская
Все оттенки окрестных гор – за обрывом ледника
Все оттенки окрестных гор – за обрывом ледника фото: Михаил Пимонов
Фотосессия с рогами барана
Фотосессия с рогами барана фото: Михаил Пимонов
Мы решили все же оставить их там, где нашли
Мы решили все же оставить их там, где нашли фото: Кристина Пионтковская
Хотя они, конечно, невозможно красивы. Особенно в таком сочетании
Хотя они, конечно, невозможно красивы. Особенно в таком сочетании фото: Михаил Пимонов
Купол Трех Озер: вершина под флагом
Уходим на Купол...
Зубки! Чистить! Быстро! Когда мы уходили, Димка еще только-только проснулась
Димка побежала к палаткам с такой скоростью, что сланцы за ней не поспевали. Но босиком по снегу – здесь можно
Озеро-сердце вытаяло прямо в леднике
Отсюда кажется, что Кристина отстала от нас безнадежно. На самом деле она догонит нас довольно быстро
Рога
Просто дырочка в насте
Когда мы поднимались к вершине, бабочки еще не оттаяли. Мы даже не предполагали, что у них есть какие-то шансы
...а вот и Кристина. В платье переоделась, но курточку тоже прихватила на всякий случай
Последние шаги подъема на Купол: мы уже выше облаков
Вздыбленные камни передо мной – это уже он, Купол, наконец-то!.. Покорили вершину, можно сказать, гуляючи. И что особенно приятно – налегке, без рюкзаков
На Куполе атрибутов вершины – как нигде: и тебе турик, и флагшток
Причем турик – заметный, основательное сооружение
В нем, разумеется, была закладка
Вершину покорили всего за неделю до нас. Однако у нас не было ни ручки, ни бумаги, поэтому снять записку по всем правилам мы не могли – оставили в турике
Мемориал. Табличку установили покорители из Федерации альпинизма Новосибирской области в 2017 году
А сорванный ветром флаг заново укрепил на флагштоке Иоанн
Клуб «Посох»: мы просто ходим... Памятный камень
Макушка Купола
Волосы-камни буквально вздыбились
Воздушный дозор
Железноносная глыба
А вот и железные катыши
Андрей и Кристина отправились посмотреть, «как отсюда спускаться»
Да вот так – все вниз, вниз... На это у нас уйдет целый день
Туманная даль... В степи под этими далекими горами мы окажемся уже завтра...
Увидев два озера, вспомнили, на какой мы вершине
Озеро номер раз
Озеро номер два
Так, а это – по другую сторону. Тоже два. Ну и какое же из них номер три?
Решили, что это: побольше
Ну вот мы и на вершине
И – белое сердце в награду
А это я назвал Сердцем Ричарда (который Львиное Сердце), потому что оно похоже скорее на рыцарский щит, чем на сердце. И... оставил его там
Вчерашний зигзаг. От зеленеющей «глади» вдали – наверх по-над расселиной. Справа налево. Потом – в противоход – по леднику на седло. Слева направо
Соседка Джело
Некоторые горы так плотно укутаны снегом, что на них можно соорудить лыжную трассу
Ледник, «стекающий» рекой
В верхней своей части – мощь и толща
В нижней – тоненький язычок
Четверо на вершине. Фото на память. Мы и Купол
Окрестные горы – это Горы
Суровы, высоки, заснежены
Вот и все, пора возвращаться...
Все оттенки окрестных гор – за обрывом ледника
Фотосессия с рогами барана
Мы решили все же оставить их там, где нашли
Хотя они, конечно, невозможно красивы. Особенно в таком сочетании

…Это было самое высокое утро. 3556 метров над уровнем моря. Мы дошли до него медленно. С оттяжечкой. С настроением. Смакуя каждый шаг, каждую минутку...

Похрустывал наст. Или камни. Солнце, еще не сумев толком подняться, уже пыталось забраться в палатку. Это Андрей, выбравшись, не прикрыл за собою «дверь». Дальше так и тянет написать: «дверь» моталась на ветру, поскрипывая петлями. Моталась, верно, и ощущение «поскрипывания» возникало. С чего-то. Но, конечно, какие петли у палатки. Просто шуршала.

Было утро. Нет. Самый рассвет. Тянуло стылым ледником. И тут…

«Мишка, – заглянула довольная… лицо, – ты ведь хотел сделать несколько кадров на рассвете?» Я хотел?! На рассвете?! Во сне, что ли, такое желание высказал?.. Не мог. Не я. У меня даже фотоаппарат – Sony. Сони! Какой рассвет?! «Ну вставай, – ничего этого, видимо, не прочитав и не поняв, бодро «предложил» Андрей. – А то солнышко совсем взойдет, горы перекрасятся». Да и …, – но не сказал я.

Ну какое утро, если ручьи еще не проснулись?! (фото: Кристина Пионтковская)

Вылез. А что делать. Проснул ведь. Я – уже сам – разбудил фотоаппарат, который всегда спал со мной в одном спальнике (потому что вне его за ночь почти всегда отсыревал). И мы вдвоем выбрались на вершинку нашего спального острова. Горы… нет, конечно, не зевали. Но казалось. Причем дремотно так. Серо. Ну что, снимаешь? – словно спросили, тоже пытаясь взбодриться. Да сейчас. Красоту найду. Красота ускользала. 

Оглянулся на палатки. Рядом с ними стоял Андрей. Один. Довольный. Со мной не пошел, чтобы не мешать мастеру. Которого вовремя направил на путь истинный. Главное – вовремя. Молодец. Настоящий друг. Палатки я и снял. Стояли они красиво. Потом все же нашел искомой, заданной красоты – рассветной. Ровно на два кадра. Два – это ведь уже «несколько», верно? Ну и хватит. До утра – только уже настоящего, всамделишного, позднего, глубокого – удалось еще немного поспать…

Палатки тоже еще спят... (фото: Михаил Пимонов)

 

...Купол уйти уже не мог. Мы понимали – где он. И мы пошли. Позавтракав сперва. Превратив в чай заледеневшие ручьи. 

Ледник – на удивление – оказался теплым. Охватив наш остров со всех сторон, он за ночь так и не смог (или не захотел) нас застудить. А пока завтракали, чуть-чуть «распустил» на солнышке наст – самую корочку, сверху, ровно так, чтобы не скользил, но и чтоб не проваливался. Это будет легкая прогулка, джентльмены, солнечная утренняя прогулка. Джентльмены поверили. Андрей, Иоанн и я решили все же покорить вершину, которая по-прежнему оставалась невидимой, но до которой – мы знали, – оставалось всего ничего. 

Лена с нами не пошла. И Димитрию оставила с собой. Во-первых, не особо доверяла леднику (вчерашнего хватило), во-вторых, были дела «по хозяйству», но главное – обувь. Про это отдельно. 

В горах всё – неповторимо. Но – из всего – почему-то именно утро, утра, не повторяясь, отпечатываются в памяти лучше всего. Первое впечатление дня. А каждый день – событие. Верней – собрание событий. Наверное, поэтому. 

Утро – это когда дотаивает в воздухе чуть сероватый, еще не напитанный солнцем дымок рассвета. Поначалу слегка подкрашенный розовым зари, он быстро «сдает» краски. И тянется зябкий, чуть влажный, словно туман. Иногда его прошивает дождик. Иногда – ветер. Но всегда – тишина, тишь. И, скажем, шум ручья или речки – ровный, постоянный, громким непрерывным шорохом – эту тишину – полную, всеобщую – лишь подчеркивает. 

Утро – настоящее, во всей красе, мы встречаем, только забравшись на Купол Трех Озер (фото: Кристина Пионтковская)

Наверху, на перевале, тишина была совершенная. Как и одиночество. Смотри вокруг на все стороны – так далеко, сколько только хватит сил увидеть, – никого. Гор вокруг больше, чем людей. С ними засыпаешь. С ними говоришь. А утро (любое, все) – это как самый пик, самая высокая нотка этого времени одиночества. Взяли ее, дожили, вытянули – и звенит. Висит. Но потихоньку гаснет в обычной суете. Суете сборов. Любое утро – только начало новой дороги. 

Дороги, по которой босиком не пойдешь. На стоянке – можно. В кроссовках, в сланцах и даже в самом деле босиком – можно. А в путь – трекинги. Хочешь, не хочешь – изволь. А что такое трекинги после вчерашнего? Это абсолютно мокрая, скользковатая кожа снаружи. Это еще более надежно мокрая, напитанная влагой «подкладка» внутри. И это – холодно. Потому что ледник, не особо тронувший нас самих, упрятавшихся в палатки и спальники, к ботиночкам такой милости не проявил: он «тронул» их, буквально укутав льдом. Покрыв. Пропитав. Ботинки с утра были – что те ручьи. Аж похрустывали. Можно обдать кипяточком. Станут теплее, но не суше. Но хотя бы теплее. Кипятка можно налить даже внутрь. Тоже лучше. Но все равно плохо. 

Пропитанные ледником (фото: Кристина Пионтковская)

Может быть, как раз поэтому утро (утра: ведь такие ботиночные триллеры – часты) так надежно запоминаются? 

Поэтому Лена, отлично понимая, что на ее утро ледника еще хватит, решила пока поберечь своих «крокодильчиков». А Димка… Димка еще чистила зубки – она проснулась последней: ей можно, это ж ее тропа. 

 

Зато, едва двинулись, небо надышало облачко-сердце ровно над вершиной, к которой мы шли. Сзади будто подталкивало в спину сердце-озеро, вытаявшее в леднике по другую сторону от нашего острова. От него к облаку – натяни – нить, как на карте: прямая и четкая – иди! Идем. Держим на облако, как на маяк. 

Облако-сердце, едва сформировавшись, маякнув: сюда, сюда! – тут же растаяло (фото: Михаил Пимонов)

Наст, протаивая, хрустит. Спросонок слезится ручьями. Вытаивает полянами, дырами, дырочками. Одна из них – глянь – тоже сердце! Даже бараньи рога, которые мы нашли вскорости на предкупольном просторном льдистом поле, лежали как-то уж очень «сердечно». 

Прогулка была легкой. Солнечной. Все как обещано. Мы не спешили. Совсем не спешили. Позади таял остров, превращаясь в извивистую щель посреди сплошного белого. Палатки стало почти не видно. Кристина, сильно отставшая (потому что переодевалась в платье с цветами – по погоде и к леднику), быстро догоняла. 

Кристина, переодеваясь, отстала. Наш спальный островок быстро превратился в желтенькую щель в сплошном море ледника (фото: Михаил Пимонов)

Под ногами тут и там – вмерзшие в ледок стрекозы, бабочки… Кладбище насекомых… Но бабочки с разведенными крылышками – тоже похожи на сердца. Остывшие.

…Взять или не взять рога? Вот в чем вопрос. Взять! – горячо призывал Иоанн. Он мечтал преподнести их в дар школьному музею. Музей, наверное, был бы рад. Но ведь – переть… А на вес, – мы приподняли, «прицениваясь», примеряясь… Из рогов обильно потекла жидкость. Мутная. Вонючая. Это все и решило. Мы и без того давно уже не благоухали ароматами. Впрочем, смотря какими… Но добавлять не хотелось. 

Пусть лежат. Да. На обратном пути еще глянем. Да. Ну что, на Купол. На Купол. 

Впереди был холм. Мы его видели еще со вчера. Постоянно. И – подозревали. В том, что он – не Купол. Холм подозрения оправдал. Взошли – складка. Холм – просто складка, очередная, из бесконечных, из вчерашних, о которые устали уже спотыкаться. Но – последняя. Купол – вот он, все, впереди! Как-то поняли. Дождались Кристину. И поднялись уже сразу все – вчетвером. Осторожно обходя сердца. Теперь – каменные. Но – ненадежные, составные, хрупкие.

Сердце, что на фото справа – что тебе конструктор, состоит из пяти частей. Тут же рядом нашел почти такое же, но разбирающееся уже на девять кусочков (фото: Михаил Пимонов)

 

Вершину дыбило. Все камни здесь стояли исключительно торчком. Как будто ее кто-то причесал гигантской расческой против шерсти по сырому – да так все и высохло. 

Купол был куполом – огромной плоской вздыбленной плешкой, к краям покатой. В центре – комплекс: огромный фактурный турик, рядом флагшток из непередаваемой смеси чего-то алюминиево-стального. Без флага. Флаг – потрепанный, мятый, почему-то чисто и просто белый – Иоанн нашел поодаль и старательно приделал на место. А чуть дальше от всего этого – натуральный, естественный «памятник». Воздвигнутый самой природой и украшенный, доведенный до полной логики уже людьми, которые не поленились прикрутить на один из камней табличку: Вершина «Купол Трех Озер», 3556 м. 

Даже если вдруг кто сомневался – так вот: Купол. Написано. Дошли. Поднялись. Выше некуда. Всё. Верхняя точка Тропы Димитрии. Здесь. Отсюда – только вниз. В любую сторону. Кстати, а куда лучше-то?.. Осмотрелись, выяснили. 

Смотри! – вдруг кричит Андрей и, радостный, тычет в меня ледорубом. Не понимаю. Вот, – он показывает пальцем, – сердце. Надо же, точно. Сколько ходили, сколько опирались, сколько «бинтовали» его, чтоб не царапнул кого ненароком, а не замечали – одно из отверстий ледоруба – тоже в форме сердца. 

В них уже принято было верить. В них уже никто не сомневался. Их уже замечали чаще, чем я. 

 

Купол, к которому мы вчера так долго поднимались, – под ногами. Всё. Так долго невидимый сам, он теперь открывал виды: как-никак, три с половиной тысячи над уровнем моря… Моря видно не было. Зато озера – нашли. Вершина недаром же – Купол Трех Озер. Все есть. Все в наличии. Маленькие, горные, три. Если с мелочью, то и – больше. Вот, например, прямо в леднике, в другую сторону от нашего седла, уже еле-еле видное отсюда – озеро-сердце – в счет? Наверное, вряд ли: озеро явно временное. 

Обошли по окружности. Рассмотрели – вдали-вдали – спуск с перевала Эренбурга. Позавчерашний. Всего лишь позавчерашний. И – вчерашний вечерний «недоподъем» камнями на вершину – эту самую, на которой теперь стоим. И на которой могли бы стоять вчера вечером. Но – отвернули. И «искупались» в затяжном снежнике. 

Вот он, наш путь наверх. От зеленки в самой дали, потом – вдоль щели, по дну которой течет речка с ледника, а потом... потом надо было по сыпухе, что на переднем плане. Но мы отвернули налево (отсюда – направо) и отправились снежником на седло, где и заночевали (фото: Михаил Пимонов)

Зато теперь – легко. Господи, как же тут легко! Горы – разные – плыли вокруг, как волны. Синели вдали. Шли пятнами облаков. Щерились долинами и ущельями. Стояли, кренились, некоторые даже – лежали. Но ни одна – не возносилась. Хотя многие – выше Купола, но они – далеко. Всех красивее, пожалуй, был пик Актру. С мощным, вьющимся круто вниз, буквально «стекающим» с него ледником. Вот бы на него, – вздохнул Андрей. Не мечтательно. Прицениваясь. 

Ледники очень красивы (фото: Михаил Пимонов) 

Иоанн меж тем деловито добывал… железо. На огромном плоском камне катались крошечные шарики. Железные. Не перепутаешь. Иоанн очень быстро набрал целую пригоршню. Должно быть, молнии постарались – «выпекли» из породы, «избивая» камень в грозу: громоотводов-то здесь нет. 

 

Кристина, взяв в одну руку ледоруб, балансировала на «бортиках» мемориала. В платье. На фоне гор и неба. Бортик был уже, чем ее ступня. То есть – острый. Стой! Я успел сделать несколько кадров в равновесии, но после все же случилось падение. 

Девушка с ледорубом (фото: Михаил Пимонов)

Пора? Да. Обратно. 

Но сперва – к рогам. Надо решить… Нет, не берем. Решили. Здесь им лучше. А нам… нам все-таки лучше дома. 

Из-под ног то и дело вспархивали… бабочки. Те самые, что казались вмерзшими намертво. Оттаяли. Выспались. Купол их отпускал. 

Смотрите также

Алтай, Северо-Чуйский хребет: дорогою сердец

Алтай, Северо-Чуйский хребет: дорогою сердец

Здесь – речь про камни. В форме сердца. Их было много. Наверное, сотни. И они нас как бы «вели» по тропе. Как стрелки. Как указатели. От перевала Абыл-Оюк и до самой Курайской степи. Некоторые (многие) были так хороши, что расстаться с ними мы не смогли. Поэтому рюкзаки к концу похода стали не легче, а совсем наоборот...

Алтай: тропа Димитрии. Хороший человек был этот Эренбург

Алтай: тропа Димитрии. Хороший человек был этот Эренбург

Огромный десятый день: от ледяной ночи на Ледяном озере до ледяных струй Джело на вечерней переправе. Между ними – перевал Эренбурга со снежниками, будто пропитанными угольной пылью, маковое плато, где цветы пробиваются сквозь скальник и лошади в долине Джело на фоне одноименного ледника... 

Алтай: тропа Димитрии. Купол, перевал-невидимка

Алтай: тропа Димитрии. Купол, перевал-невидимка

Купол. Последний перевал. Он нас нисколько не страшил: покорив Абыл-Оюк, мы думали, что все самое интересное – позади. Напрасно. Этот подъем тоже удался. Или не задался. Во всяком случае, когда мы все же «оседлали» Абыл-Оюк, в обморок никто не падал. А тут...

Комментарии

Комментарии публикуются на сайте только после предварительной модерации. Это может занять время...

Добавить комментарий *