Белорусский ноябрь. После бала. Там, где жили Воланд, Коровьев и Бегемот. Там, где Маргарита «работала» королевой

Михаил Пимонов
Фрагмент росписи лестничных стен в подъезде дома Булгакова, на пятом этаже которого находится та самая «нехорошая квартира» №50
Фрагмент росписи лестничных стен в подъезде дома Булгакова, на пятом этаже которого находится та самая «нехорошая квартира» №50 фото: Михаил Пимонов
Фактический адрес Булгаковского дома – ул. Большая Садовая, 10
Фактический адрес Булгаковского дома – ул. Большая Садовая, 10 фото: Михаил Пимонов
Как пройдете сквозь арочку – сразу встретите Коровьева и Бегемота
Как пройдете сквозь арочку – сразу встретите Коровьева и Бегемота фото: Михаил Пимонов
Подъезд, в котором квартира №50 – в глубине двора. И рядом с нехорошей квартирой в нем расположились самые разные фирмы и организации
Подъезд, в котором квартира №50 – в глубине двора. И рядом с нехорошей квартирой в нем расположились самые разные фирмы и организации фото: Михаил Пимонов
Но лестница – одна на всех. И она сама по себе – музей
Но лестница – одна на всех. И она сама по себе – музей фото: Михаил Пимонов
Здешняя наскальная живопись – многослойная, в ней разбираться и разбираться. Вглядываться. Вычитывать
Здешняя наскальная живопись – многослойная, в ней разбираться и разбираться. Вглядываться. Вычитывать фото: Михаил Пимонов
Этюд, посвященный бидончику с маслом, что разлила Аннушка
Этюд, посвященный бидончику с маслом, что разлила Аннушка фото: Михаил Пимонов
Большинство рисунков и росписей – сплошная визуальная вакханалия...
Большинство рисунков и росписей – сплошная визуальная вакханалия... фото: Михаил Пимонов
...однако случаются и вот такие нарезки почти абсолютной гармонии, созданные словно бы профессиональными иллюстраторами
...однако случаются и вот такие нарезки почти абсолютной гармонии, созданные словно бы профессиональными иллюстраторами фото: Михаил Пимонов
Далеко не всё – очевидно...
Далеко не всё – очевидно... фото: Михаил Пимонов
Росписи подверглось всё пространство – и стены, и «оборот» лестницы, и даже ступени
Росписи подверглось всё пространство – и стены, и «оборот» лестницы, и даже ступени фото: Михаил Пимонов
Стены заполнены и цитатами из самого Булгакова с иллюстрациями
Стены заполнены и цитатами из самого Булгакова с иллюстрациями фото: Михаил Пимонов
И этюдами на тему, иногда – вовсе отвлеченную
И этюдами на тему, иногда – вовсе отвлеченную фото: Михаил Пимонов
Иногда встречается нецензурщина (размыто), так что тут явно 16+
Иногда встречается нецензурщина (размыто), так что тут явно 16+ фото: Михаил Пимонов
Любовь – это чистый спирт
Любовь – это чистый спирт фото: Михаил Пимонов
Даже окна – пространство для творчества
Даже окна – пространство для творчества фото: Михаил Пимонов
Булгаков не всегда похож на самого себя
Булгаков не всегда похож на самого себя фото: Михаил Пимонов
Маргарита? Попытка портрета?
Маргарита? Попытка портрета? фото: Михаил Пимонов
Воланд. Все очевидно
Воланд. Все очевидно фото: Михаил Пимонов
А это – уголок любви
А это – уголок любви фото: Михаил Пимонов
Ласка – единственный способ, который возможен в обращении с живым существом...
Ласка – единственный способ, который возможен в обращении с живым существом... фото: Михаил Пимонов
Не доходя до квартиры №50 можно набрести на другой квест, так же связанный с творчеством Булгакова
Не доходя до квартиры №50 можно набрести на другой квест, так же связанный с творчеством Булгакова фото: Михаил Пимонов
Вчитываться в это все можно часами
Вчитываться в это все можно часами фото: Михаил Пимонов
Маргарита, помоги найти Мастера... Стена просьб
Маргарита, помоги найти Мастера... Стена просьб фото: Михаил Пимонов
Воробчуков здесь не впервые, но и для него многое и многое – в новинку
Воробчуков здесь не впервые, но и для него многое и многое – в новинку фото: Михаил Пимонов
Неоднозначный призыв...
Неоднозначный призыв... фото: Михаил Пимонов
Рукописи не горят... А со ступенек не стираются?
Рукописи не горят... А со ступенек не стираются? фото: Михаил Пимонов
Ну вот она, наконец, та самая квартира номер 50
Ну вот она, наконец, та самая квартира номер 50 фото: Михаил Пимонов
Здесь в самом деле жил Булгаков
Здесь в самом деле жил Булгаков фото: Михаил Пимонов
В прихожей
В прихожей фото: Михаил Пимонов
Первый от входа – Синий кабинет. Здесь та самая мебель, которой пользовался писатель и его семья, правда в другой квартире, где они жили позже
Первый от входа – Синий кабинет. Здесь та самая мебель, которой пользовался писатель и его семья, правда в другой квартире, где они жили позже фото: Михаил Пимонов
Цвет стен, говорят, Булгаков выбрал сам. Ну и – зеркала. Они начались сразу от входа
Цвет стен, говорят, Булгаков выбрал сам. Ну и – зеркала. Они начались сразу от входа фото: Михаил Пимонов
Уборная. Работает
Уборная. Работает фото: Михаил Пимонов
Здесь жил Булгаков
Здесь жил Булгаков фото: Михаил Пимонов
Татьяна Лаппа, первая жена Булгакова
Татьяна Лаппа, первая жена Булгакова фото: Михаил Пимонов
Это собрание предметов имеет какой-то смысл. Табличка под полочкой о том повествует (отснято, но неразборчиво)
Это собрание предметов имеет какой-то смысл. Табличка под полочкой о том повествует (отснято, но неразборчиво) фото: Михаил Пимонов
Пытаемся понять – насколько предметы интерьера «те самые»
Пытаемся понять – насколько предметы интерьера «те самые» фото: Михаил Пимонов
Должно быть, просто по мотивам произведений Булгакова
Должно быть, просто по мотивам произведений Булгакова фото: Михаил Пимонов
Зеркало. Опять. Обязательно
Зеркало. Опять. Обязательно фото: Михаил Пимонов
Можно позвонить. Интересно, кто возьмет трубку на том конце
Можно позвонить. Интересно, кто возьмет трубку на том конце фото: Михаил Пимонов
Еще одна комната – то ли кухня, то ли кладовая
Еще одна комната – то ли кухня, то ли кладовая фото: Михаил Пимонов
Раковина-мойка. Как бы
Раковина-мойка. Как бы фото: Михаил Пимонов
Табличка «руками не трогать», но в местной редакции
Табличка «руками не трогать», но в местной редакции фото: Михаил Пимонов
Скорее все же просто «склад» вещей того времени
Скорее все же просто «склад» вещей того времени фото: Михаил Пимонов
На стене – переписка жильцов
На стене – переписка жильцов фото: Михаил Пимонов
В таких вот бидонах носили керосин и масло
В таких вот бидонах носили керосин и масло фото: Михаил Пимонов
Примус. На этом готовили еду
Примус. На этом готовили еду фото: Михаил Пимонов
Список жильцов
Список жильцов фото: Михаил Пимонов
Фиолетовый кот
Фиолетовый кот фото: Михаил Пимонов
Это кресло, мирно стоящее в конце коммунального коридора, почему-то очень хочется назвать троном Воланда
Это кресло, мирно стоящее в конце коммунального коридора, почему-то очень хочется назвать троном Воланда фото: Михаил Пимонов
В дальней комнате – выставка рисунков на булгаковскую тему
В дальней комнате – выставка рисунков на булгаковскую тему фото: Михаил Пимонов
Вот что-то к «Мастеру и Маргарите»
Вот что-то к «Мастеру и Маргарите» фото: Михаил Пимонов
Здесь тоже вообще-то кабинет
Здесь тоже вообще-то кабинет фото: Михаил Пимонов
Бегемот. Вариации
Бегемот. Вариации фото: Михаил Пимонов
О Понтии Пилате
О Понтии Пилате фото: Михаил Пимонов
Мастер и Муза
Мастер и Муза фото: Михаил Пимонов
Персонажи
Персонажи фото: Михаил Пимонов
Полет ведьм
Полет ведьм фото: Михаил Пимонов
А это было опубликовано в «Огоньке», иллюстрация к очерку Д.Быкова «Три соблазна М.Булгакова»
А это было опубликовано в «Огоньке», иллюстрация к очерку Д.Быкова «Три соблазна М.Булгакова» фото: Михаил Пимонов
Последняя комната
Последняя комната фото: Михаил Пимонов
Здесь – самые «тихие» и опасные зеркала
Здесь – самые «тихие» и опасные зеркала фото: Михаил Пимонов
Щель в углу. Пока «прицеливался», реально стало не по себе
Щель в углу. Пока «прицеливался», реально стало не по себе фото: Михаил Пимонов
Буфет из «той эпохи»
Буфет из «той эпохи» фото: Михаил Пимонов
Фотография на стене
Фотография на стене фото: Михаил Пимонов
Коммунальным коридором – на выход
Коммунальным коридором – на выход фото: Михаил Пимонов
Еще одно отражение
Еще одно отражение фото: Михаил Пимонов
Писатель. Портреты. Недорого...
Писатель. Портреты. Недорого... фото: Михаил Пимонов
Фрагмент росписи лестничных стен в подъезде дома Булгакова, на пятом этаже которого находится та самая «нехорошая квартира» №50
Фактический адрес Булгаковского дома – ул. Большая Садовая, 10
Как пройдете сквозь арочку – сразу встретите Коровьева и Бегемота
Подъезд, в котором квартира №50 – в глубине двора. И рядом с нехорошей квартирой в нем расположились самые разные фирмы и организации
Но лестница – одна на всех. И она сама по себе – музей
Здешняя наскальная живопись – многослойная, в ней разбираться и разбираться. Вглядываться. Вычитывать
Этюд, посвященный бидончику с маслом, что разлила Аннушка
Большинство рисунков и росписей – сплошная визуальная вакханалия...
...однако случаются и вот такие нарезки почти абсолютной гармонии, созданные словно бы профессиональными иллюстраторами
Далеко не всё – очевидно...
Росписи подверглось всё пространство – и стены, и «оборот» лестницы, и даже ступени
Стены заполнены и цитатами из самого Булгакова с иллюстрациями
И этюдами на тему, иногда – вовсе отвлеченную
Иногда встречается нецензурщина (размыто), так что тут явно 16+
Любовь – это чистый спирт
Даже окна – пространство для творчества
Булгаков не всегда похож на самого себя
Маргарита? Попытка портрета?
Воланд. Все очевидно
А это – уголок любви
Ласка – единственный способ, который возможен в обращении с живым существом...
Не доходя до квартиры №50 можно набрести на другой квест, так же связанный с творчеством Булгакова
Вчитываться в это все можно часами
Маргарита, помоги найти Мастера... Стена просьб
Воробчуков здесь не впервые, но и для него многое и многое – в новинку
Неоднозначный призыв...
Рукописи не горят... А со ступенек не стираются?
Ну вот она, наконец, та самая квартира номер 50
Здесь в самом деле жил Булгаков
В прихожей
Первый от входа – Синий кабинет. Здесь та самая мебель, которой пользовался писатель и его семья, правда в другой квартире, где они жили позже
Цвет стен, говорят, Булгаков выбрал сам. Ну и – зеркала. Они начались сразу от входа
Уборная. Работает
Здесь жил Булгаков
Татьяна Лаппа, первая жена Булгакова
Это собрание предметов имеет какой-то смысл. Табличка под полочкой о том повествует (отснято, но неразборчиво)
Пытаемся понять – насколько предметы интерьера «те самые»
Должно быть, просто по мотивам произведений Булгакова
Зеркало. Опять. Обязательно
Можно позвонить. Интересно, кто возьмет трубку на том конце
Еще одна комната – то ли кухня, то ли кладовая
Раковина-мойка. Как бы
Табличка «руками не трогать», но в местной редакции
Скорее все же просто «склад» вещей того времени
На стене – переписка жильцов
В таких вот бидонах носили керосин и масло
Примус. На этом готовили еду
Список жильцов
Фиолетовый кот
Это кресло, мирно стоящее в конце коммунального коридора, почему-то очень хочется назвать троном Воланда
В дальней комнате – выставка рисунков на булгаковскую тему
Вот что-то к «Мастеру и Маргарите»
Здесь тоже вообще-то кабинет
Бегемот. Вариации
О Понтии Пилате
Мастер и Муза
Персонажи
Полет ведьм
А это было опубликовано в «Огоньке», иллюстрация к очерку Д.Быкова «Три соблазна М.Булгакова»
Последняя комната
Здесь – самые «тихие» и опасные зеркала
Щель в углу. Пока «прицеливался», реально стало не по себе
Буфет из «той эпохи»
Фотография на стене
Коммунальным коридором – на выход
Еще одно отражение
Писатель. Портреты. Недорого...

Известно все доподлинно. За два года до того, как в Москве объявился Воланд, из квартиры №50, что в пятом этаже дома 302-бис по Большой Садовой улице, один за другим исчезли все, кто в ней к тому времени проживал…

Началось все в выходной день с жильца, «фамилия которого утратилась», и милиционера в белых перчатках, что пришел за ним. Исчезли оба. Было это в понедельник (так у Булгакова, несмотря на то, что двумя абзацами выше в главе №7 «Нехорошая квартира» романа «Мастер и Маргарита» речь идет про выходной). Затем в среду уехал на службу и уже более не вернулся «первый жилец» по фамилии Беломут. Как и машина, которая за ним заезжала. В ту же ночь так же внезапно и загадочно прекратила свое проживание в двух арендуемых в этой квартире комнатах и мадам Беломут. 

Затем пришел черед уже хозяйки всей нехорошей жилплощади – Анна Францевна де Фужере внезапно отправилась на дачу и… всё. К утру в квартире не осталось никого – последней исчезла домработница Анфиса. 

Однако столь быстро и странно опустевшая квартира простояла опечатанной всего неделю, как в нее вселили товарища-писателя Берлиоза и директора варьете Степу Лиходеева. С супругами. Супруги не продержались и месяца. А их мужья… Впрочем, читайте первоисточник. Напомню, глава седьмая и далее. 

В итоге зачищенную от посторонних жилплощадь занял Воланд со своею свитой и здесь же случился тот самый бал, который принимала Маргарита. В королевском алмазном венце, туфлях из лепестков роз с золотыми пряжками и ликом черного пуделя на тяжелой цепи на груди…  

Далее – вполне уже реально – квартиру в 2004-м году сделали музеем Михаила Булгакова – просто потому, что он здесь жил. Это был его первый московский адрес. Приехав в столицу осенью 1921-го «без денег, без вещей», он остановился у своей сестры Надежды, вместе с мужем занимавшей одну из пяти комнат коммуналки. 

 

…Ну а 13 лет спустя по пути в Беларусь в квартиру-музей заглянули мы. По инициативе Воробчукова. Для меня – внезапно. Но в каком-то смысле закономерно (почему – читайте в первой части этих дорожных заметок). 

Здесь же более не буду мучить вас лишними словами, просто листайте верхний слайдер – в нем всё, что мы увидели в самой квартире №50 и (возможно это даже интереснее и важнее) – пока к ней поднимались, на стенах вдоль лестницы. Их, говорят, поклонники творчества Михаила Афанасьевича, давно вычислившие подлинный адрес «нехорошей квартиры», начали расписывать своими автографами еще в далекие советские времена… 

Смотрите также

Белорусский ноябрь. Прелюдия. Как пройти к Воланду, теория фур и Адам Смит от Пушкина

Белорусский ноябрь. Прелюдия. Как пройти к Воланду, теория фур и Адам Смит от Пушкина

Любое путешествие – это не просто сели-поехали-приехали-посмотрели-вернулись. Нет. Это еще и цепочка предшествующих ассоциаций и событий. Так и в тот раз. Прежде, чем оказаться в Белоруссии, мы сходили... на бал к Воланду. А после еще перечитали Пушкина. Перед ночью в Катынском лесу...

«Дальстрой». Часть I. Колыма – особый остров ГУЛАГа

«Дальстрой». Часть I. Колыма – особый остров ГУЛАГа

Созданный в 1930-х годах, «Дальстрой» был по сути государством в государстве. Он включал нынешнюю Магаданскую область, Чукотку, частично – Якутию, Приморский и Хабаровский края... Здесь добывали золото и олово. Сюда почти никто не приезжал добровольно, даже сотрудники НКВД...

Дневник трассы «Колыма». Второй и третий дни: Якутск – Хандыга – Куба – Усть-Нера – Кадыкчан – Сусуман

Дневник трассы «Колыма». Второй и третий дни: Якутск – Хандыга – Куба – Усть-Нера – Кадыкчан – Сусуман

Не выходит в полном смысле прямой репортаж: мало интернета на трассе М56 «Колыма». Вчера вовсе на ночевку остановились в таком месте, откуда и не позвонить. Да что там – спать пришлось прямо в машине…

Комментарии

Комментарии публикуются на сайте только после предварительной модерации. Это может занять время...

Добавить комментарий *