Америка: одинокий Нью-Йорк и встречи на Брайтон Бич

Анна Акимова

Полтора года назад, в конце августа, я оказалась совершенно одна в Нью-Йорке. Сначала приехала с компанией, но позже мы разошлись. Жила в самом сердце города — знаменитом YMCA из песни Village People. Мне принадлежала одиночная крохотная комнатка на девятнадцатом этаже и вид на Times Square напротив. 

Лето было душным, город сходил с ума от туристов, шума и ночной грозы. У меня была игра: каждый день я шла на разведку в один из районов мегаполиса. Меня интересовало все: музеи, кафе, книжные магазины, кинотеатры и люди. Добиралась только пешком, даже если идти было несколько часов — метро было страшно дорогим. Поэтому в голове до сих пор есть карта случайных мест от самого верха аптауна до нижней части Бруклина.

В один из дней отправляюсь в знаменитый Метрополитен. Смотрю пирамиды, русских художников и античные статуи, смешанные на американский вкус. 

На выходе вижу большой пляжный зонт, под которым сидит смуглый парень с печатной машинкой. На табличке рядом написано free poetry. Схема аттракциона простая: подходишь к поэту, говоришь ему, что у тебя на уме, ждешь пять минут и он отдает тебе напечатанный стих. 

Стесняюсь, но подхожу. Парень уже пишет стих для блондинки, она сидит рядом — я жду. Девушка получает свою бумажку, благодарит, кладет на стол 10 долларов и уходит. Теперь взять стих просто так стыдно, но наличных денег нет и я предлагаю принести сэндвич из «Старбакса». Парень собирается уходить и спрашивает, могу ли я накормить его завтра. Я могу. Беру номер, чтобы узнать, где он будет. 

С утра пишу ему, ответа нет, уезжаю на Брайтон Бич смотреть потерянную Россию. Выхожу из вагона в огромное синее небо, не верю, что это Нью-Йорк. Кричат чайки, август в самом разгаре, и я не знаю, как американцы отдали этот берег под русскую резервацию. 

Хочется пить, но в магазинчике у океана не принимают карты. Девушка, которой я уступила место в очереди, слышит слова продавца и молча покупает мне холодную воду. Мне вкусно.

Около часа дня вчерашний знакомый отвечает. Неожиданно договариваемся о встрече. Приезжает, и я все-таки покупаю ему гамбургер в «Макдональдсе» у станции. Уже вместе идем к океану. 

Я захожу в теплую воду по колено, а он остаётся на берегу и ждет. Когда я возвращаюсь, садимся на песке, говорим. Он рассказывает, как на протяжении нескольких лет у него была депрессия и он боялся общаться с людьми. Почти все время был дома, а когда надоело, стал каждый день выносить на улицу стул и просто сидел, постепенно увеличивая время. Потом с этим же стулом пришел к Метрополитену и начал писать стихи для незнакомцев. Так он возвращается в жизнь, и даже встреча со мной — еще один шаг обратно. Мне хочется стать хорошей ступенькой и я стараюсь.

Мы идем кататься на американских горках в парке на Coney Island, вечером смотрим, как черные парни танцуют на пирсе, а рядом стоят их красивые девушки. Когда прощаемся у выхода из метро, мне хочется, чтобы он написал об этой встрече. 

Через два дня вечером приходит сообщение: Come back one day. 

Вспоминаю об этом в аэропорту, когда достаю паспорт. Улыбаюсь пограничнику.

 

У нас на сайте – только избранное!
Подробнее, больше и чаще – в блогах автора
 ВКонтакте и в Телеграме.

Смотрите также

Дмитрий Маликов в Иордании: на ковре у бедуинов

Дмитрий Маликов в Иордании: на ковре у бедуинов

Да, и даже звезды любят путешествовать по земле... Ничего странного, ведь здесь – столько удивительных мест. Рассказ о своих приключениях Дмитрий Маликов решил начать с маленькой, но красивой страны – Иордании: рассвет в Петре, пробег по пустыне Вади Рам, ночевка у бедуинов...

Омск: о мысленных клубках и родимых пятнах

Омск: о мысленных клубках и родимых пятнах

Воспоминания начинаются... с запахов. Ты сам это знаешь давно, поэтому автору веришь – сразу. Веришь, а после удивляешься: ты ведь сам живешь в этих самых воспоминаниях, можешь все их проследить – ниточка за ниточкой. Потому что речь – об Омске. Ее и твоем родном Омске. Но в ее воспоминаниях он – волшебен...

Миражи Абу-Даби, или По другую сторону от нуля

Миражи Абу-Даби, или По другую сторону от нуля

Что может быть хуже холодного мая в Сибири? Только 50-градусная жара, накрывающая сразу на трапе самолета, приземлившегося в Абу-Даби... Какими еще недостатками и чудесами наполнен этот «дивный жаркий мир», эта утопия во плоти, воплощенная на крошечном кусочке суши на берегу Персидского залива?..

Комментарии

Комментарии публикуются на сайте только после предварительной модерации. Это может занять время...

Добавить комментарий *