Синий йод – эликсир, спасавший жизни…

Иван Паникаров
Экспозиция в Магаданском областном краеведческом музее, посвященная доктору В.О. Мохначу и изобретенному им препарату фото: Михаил Пимонов

Херберт Киллиан, герой материала «Австрийский узник», с уважением и признательностью вспоминал доктора со странной фамилией Мохнач, благодаря которому излечился, окреп и выжил. К тому времени, когда австриец оказался на Колыме, Мохнач, трудившийся скромным фельдшером в местной больнице, был уже личностью легендарной: он в лагерных условиях изобрел настоящий эликсир – «синий йод», спасавший жизни… 

Сегодня мы расскажем о непростой судьбе этого удивительного человека.

Владимир Онуфриевич Мохнач родился 26 апреля 1899 года в городе Мстислав Могилевской области, Белоруссия. До ареста проживал во Владивостоке, работал директором Дальневосточного филиала института химии АН СССР. Владел несколькими иностранными языками, в том числе и древними. Был доктором биологических наук, кандидатом химических наук… Блестящий врач, высокообразованный человек!..

20 июля 1937 г. арестован органами НКВД, а 21 августа 1938 г. осужден выездной сессией Военной коллегии Верховного суда СССР по ст. ст. 58-7, 17-58-8, 58-11 УК РСФСР на 15 лет лишения свободы и 5 лет п/п...  

После суда его отправили на Колыму в Северное горнопромышленное управление «Дальстроя». В 1940 году находился в лагере поселка Ягодный (ныне центр одноименного района). Будучи «врагом народа», использовался исключительно на общих работах: лесоповал, добыча золота в шахтах и тому подобное. 

Непосильный физический труд по 14-16 часов в сутки, нечеловеческие унижения, голод, болезни, побои ежедневно уносили десятки человеческих жизней. Огромная скученность людей – по 100-200 человек в бараке – способствовала распространению многих болезней, особенно дизентерии. Заболевание протекало в тяжелой форме, с кровяными поносами, рвотой и спасти заболевших было практически невозможно – лекарства не было. Эпидемия дизентерии вышла за пределы лагерей и распространилась на вольное население...

Однако в лагерном бараке, где «жил» В. О. Мохнач, люди дизентерией не болели...

Будучи высококвалифицированным врачом, неравнодушным к людским болезням, Владимир Онуфриевич и в лагере оставался человеком, беспокоящимся за судьбы несчастных. Он видел их мучения и смерть и в условиях лагерного хаоса искал ответ на вопрос: как и чем лечить дизентерию? И нашел! Причем, чтобы испытать изобретенное лекарство, Мохнач сознательно заразился дизентерией…

Ежедневно, после работы, он собирал у лагерной кухни картофельные очистки, поливал их йодом, который выпросил у лагерного врача, и трижды в день употреблял этот продукт. Позже сделал йод-крахмальную смесь из тех же очистков с помойки. Результаты оказались поразительными – он быстро вылечился и начал применять свое лекарство на других, обреченных на смерть.

Всем заключенным, находившимся в бараке, он давал по столовой ложке «черной каши» (так называли заключенные новое лекарство) по 5-6 раз в сутки. Больные не только выздоравливали, но становились крепче и при контакте с другими больными не заражались...

Прослышав об эксперименте «врага народа», в барак, где находился Мохнач, для беседы с ним приехала начальник санитарной части Северного горнопромышленного управления Н. В. Савоева. Она уже знала, кем до ареста был Владимир Онуфриевич. Сделав обход больных, Нина Владимировна долго разговаривала с Мохначом.

Н. В. Савоева, г. Сусуман, 1947 г. (фото из архива Ивана Паникарова)

Н. В. Савоева, будучи опытным врачом, поняла, что открыто уникальное лекарство, которое спасет многих – как заключенных, так и вольных, от неминуемой смерти. Тут же своей властью (вернее через начальника СГПУ Гагкаева, кстати сказать, земляка – оба родом из Осетии) разрешила Мохначу передвигаться по зоне беспрепятственно, посещать бараки и лечить больных. Для Владимира Онуфриевича это была невероятная свобода. Более того, Савоева распорядилась выдать «доктору» для изготовления лекарства крахмал, йод и все необходимое... Впоследствии применение йод-крахмала Н. В. Савоева в своих докладах называла «методом Мохнача».

О результатах лечения «методом Мохнача» она сообщила начальнику управления Северо-Восточных лагерей и заведующему горздравотделом Магадана.

Сразу же Владимира Онуфриевича перевели в поселок Сеймчан (центр Юго-Западного горнопромышленного управления, а ныне центр Среднеканского р-на), где находилась крупная больница. Затем был издан приказ по «Дальстрою»: «...Разрешить применение «метода Мохнача» на территории всех лагерей «Дальстроя»...» Владимира Онуфриевича зачислили в штат фельдшеров Сеймчанской больницы, где в основном работали заключенные – высококвалифицированные клиницисты, биохимики, микробиологи... Изобретателю уникального лекарства разрешили лечить и вольное население: инженеров, геологов, их семьи. Однако его часто предупреждали о суровых последствиях, если кому-то из начальства повредит синий йод...

Поселок Сеймчан, 1950-е годы, красной точкой отмечена больница-поликлиника, в которой трудился В. О. Мохнач (фото из архива Ивана Паникарова)

В газете «Правда» за 4 апреля 1989 г. было опубликовано письмо А. Морозова из Южно-Сахалинска: «...Владимир Онуфриевич уже отбыл свой срок и находился в ссылке, состоял на учете в спецкомендатуре. И хотя из тех краев убежать практически было невозможно, он регулярно ходил на отметку...

Лечение синим йодом было делом привычным и распространенным, ни о каких отрицательных последствиях и речи не было. Впрочем, и сам Владимир Онуфриевич понимал, что права на ошибку у него нет: лагерь рядом, вернуть туда «врага народа» легче легкого. Владимира Онуфриевича не сломили ни унижения, ни оскорбления, ни воистину нечеловеческие условия лагерной жизни».

И это действительно так. Бывший политический заключенный В. Д. Плотников, встречавшийся в колымских лагерях с В. О. Мохначом, рассказывает: «С Владимиром Онуфриевичем Мохначом меня судьба свела на участке «Боковой» прииска «Бурхала». Он – честнейший интеллигент! Даже в рабстве оставался интеллигентным, душевным и благородным человеком. Работал он много, и был просто отцом для больных заключенных. Главной сутью его жизни даже в заключении было желание спасти от смерти несчастных. Владимир Онуфриевич искал эффективные средства от дизентерии, от простуды, от цинги. Делал все, что было в его силах, поэтому и был дорог людям...»

  О В. О. Мохначе в феврале 1992 г. написала его супруге, Инне Васильевне, уже упоминавшаяся выше, бывший начальник санотдела, главный врач лагерной больницы в п. Беличья Нина Владимировна Савоева: «...Имя доктора Мохнача врачами Колымы произносилось не только с уважением, благодарностью, но и с благоговением. Коллектив больницы создавал ему условия, помогал во всем. Готовили йод-крахмал по несколько раз в сутки, так как давали его всем контактным заключенным и вольнонаемным. Мы оберегали доктора Мохнача, ограничивали его обходы бараков: у него были отечные ноги, он был слаб. В больнице Севлага на Беличьей я своей властью разрешила применять препарат и позволяла Владимиру Онуфриевичу лечить больных...

Я благодарна судьбе за то, что на своем жизненном пути встретила этого грамотного и сильного человека. Я благодарна Богу за то, что дал понять, кто такой Мохнач, увидеть в нем целеустремленного талантливого врача и ученого... Да, йодинол – детище Мохнача. Он делал добро людям, невзирая на запреты и угрозы...»

Освободился Владимир Онуфриевич из лагеря 11 ноября 1950 г. и сразу же был определен в ссылку в поселок Среднекан Юго-Западного ГПУ ДС, где и работал  в санотделе до 5 ноября 1955 года. А месяцем раньше он был реабилитирован Военной коллегией Верховного суда СССР (арх. спр. из УВД Магаданской обл. от 31 августа 1991 г, № 8/П-105, Магадан).

В 1956 году В. О. Мохнач уехал в Ленинград, где начал работать в лаборатории ботанического института имени В. Л. Комарова Академии наук СССР. Здесь он смог по-настоящему заняться своими исследованиями.

В. О. Мохнач, одна из последних фотографий (фото: www.koob.ru)

Эксперименты показали, что йодинол – йодистый препарат на основе поливинилового спирта (аналога крахмала) можно использовать для лечения многих болезней, в развитии которых принимают участие микробы и вирусы, а также при родах, предоперационном мытье рук, стерилизации медицинских инструментов как эффективное дезинфицирующее средство...

К великому сожалению, на протяжении всей жизни Владимира Онуфриевича и после его смерти со стороны Минздрава бывшего СССР и нынешней России в целом и фармкомитета в частности явно ощущалась какая-то враждебность, чувствовалось какое-то необъяснимое, предвзятое отрицательное отношение к его препаратам...

А ведь своеобразный «лагерный фармкомитет» в далекие 1940-е годы признал изобретение В. О. Мохнача. Там, в колымских лагерях, в ужасных условиях синий йод выдержал испытание, благодаря чему были спасены жизни тысячам людей...

Умер В. О. Мохнач 6 декабря 1974 года. Его научные исследования поддержали многие ученые и врачи, такие, как академик А. Л. Тахтаджян, профессоры Н. А. Судаков, А. В. Вальдман, Н. Н. Демин. В. В. Потин, К. Л. Хилов и другие...

Супруга Владимира Онуфриевича Инна Васильевна Мохнач, врач по профессии, и после смерти мужа продолжала добиваться признания его открытия и широкого использования лекарства, им изготовленного... 

Смотрите также

Австрийский узник: три года лагерей за мальчишескую драку

Австрийский узник: три года лагерей за мальчишескую драку

Путешествия бывают разные. В первый раз на Колыму австриец Херберт Киллиан попал еще очень молодым и не по своей воле. Во второй раз в места, где ему пришлось провести лучшие годы, вернулся уже умудренным жизнью. Чтобы вспомнить...

Тур по «местам не столь отдалённым». Часть III. «Старый каньон», Ягодное, Эльген и «Светлый»

Тур по «местам не столь отдалённым». Часть III. «Старый каньон», Ягодное, Эльген и «Светлый»

Третий отрезок пути стал самым экстремальным. Пробираясь к лагерю «Старый каньон», наши «туристы» увязли в болоте. Всей машиной. Выбирались сутки. И это еще не все – после были музей Варлама Шаламова, озеро Джека Лондона, женский лагерь близ поселка Эльген и тряская дорога верхом на УАЗике к лагерю «Светлый».

Кадыкчан: закат, или Очень стойкие руины

Кадыкчан: закат, или Очень стойкие руины

Кадыкчан – не единственный мертвый город. Просто один из наиболее известных. Потому что – потрясает. Здесь было все. Остались только руины. Взрыв на шахте стал как будто сигналом. После того, как ее закрыли, город был обречен...

Комментарии

Комментарии публикуются на сайте только после предварительной модерации. Это может занять время...

Добавить комментарий *